2
— Как там тебя зовут? Если Хибики-P, то Хибики? — спросила Нозоми-сан, когда я шёл за тремя девочками по парку.— Э, ну. Меня зовут Нукуи Кё. Кандзи такой же, как у Хибики.
Использовать никнейм в реальности немного смущающе, потому я расслабился, что нашёл возможность сказать.
Нет, я понятия не имею, чего дальше ждать, потому расслабляться ещё рано.
— Хм, понятно… К-Кё. Тогда можешь Нозоми и остальных тоже звать по именам. Тебе разрешаю.
— Привет, братик Кё.
— Кё-сан, простите пожалуйста за прошедшее.
Словно подтвердив Нозоми-сан, Сора-сан и Гото-сан по порядку произнесли моё имя — вообще, как-то странно, что я одну из них зову по фамилии. Повислая какая-то смущённая, словно неловкая атмосфера. В некотором смысле это можно назвать даже похищением, но благодаря смущению Дзюн-сан, сонности Соры-сан и напряжению Нозоми-сан, которое даже больше моего, я совершенно не чувствовал себя припёртым к стенке.
— У-у.
Моя беспечность продолжалась ровно до выхода из рощи. Когда вернулись к оживлённому движению у газона, я тут же почувствовал взгляды людей и весь сжался. Что же делать, не выгляжу ли я подозрительно со стороны?
Нужно вести себя максимально просто и открыто. Тогда никто не почувствует, что ты выглядишь подозрительно.
Тем не менее я насторожился по поводу этих младшеклашек, наверное, они такие же пятиклассницы, как моя младшая сестра, которая каждый день бранит меня на чём свет стоит. Хотя в моём случае это неизбежно.
— Хам, сюда.
Когда мы вышли из наполненного народом парка, я почувствовал некоторое облегчение, так что молча последовал за ними. Теперь неожиданно Сора-сан встала во главе процессии. Её сонность нисколько не поменялась, потому, наверное, хотела побыстрее дойти до дома и лечь спать.
— …
— …
Хотя постепенно шаг за шагом походка Дзюн-сан и Нозоми-сан стала тяжелеть, словно они в чём-то колеблются. Не понимаю в чём дело, они будто боятся того, что последует дальше.
Загадка усложнилась, но я смогу понять смысл «дома Нозоми и остальных», когда мы наконец дойдём.
— Здесь. Здесь наш дом… Вот.
Мы уже достаточно отошли от парка, когда трое остановились перед небольшой старенькой церквушкой на углу жилого района.
А сбоку от ворот висит рукописная табличка «Детский дом „Little wing“».
Детский дом. То есть, эти трое по какой-то причине вынуждены жить вместе без родителей.
— Ч-что?! Чем-то недоволен?! — прогремела Нозоми-сан на меня, пока я застыл, разглядывая крышу церкви.
О, похоже, это и была причина их колебания.
— Хм, да нет. Думаю, какая красивая церковь. Не знал, что такое есть поблизости.
— Э…
Нозоми-сан округлила глаза, словно её лопатой огрели.
Думаю спросить их. Но ладно. Ничего не потеряю, если промолчу. Так резко в закоулки сердца не стоит врываться, да на самом деле я не соврал, что глаз радуется этой старой, но со вкусом отстроенной церквушки.
— К-Кё-сан… вам нравится?
Вместо потерявшей дар речи Нозоми-сан вопрос задала Дзюн-сан. Такое чувство, словно в её до того боязливых глазах засияла какая-то надежда.
— Да, выглядит хорошо. Думаю, жить тут прекрасно.
— П-правда? Д-да ты наблюдательный, Кё. Эхе…
Все трое вдруг расцвели улыбками. Похоже, им действительно приятно от похвалы их дому.
И я понял ещё одно.
Да, наверняка они здесь каждый день проживают весёлую жизнь.
— Амх. Братик Кё, войдёшь? Посмотришь изнутри?
Не дожидаясь ответа, Сора-сан коснулась обеими руками моей спины. Не похоже, что она открыто высказывает свои эмоции, но, должно быть, ей тоже очень нравится их дом.
Церковь-приют. Три младшеклассницы дружно живут здесь.
Так какое дело у этих девочек к парню, делающему незамысловатую музыку в интернете?
Понятия не имею почему, но не успел я и заметить, как чувство надвигающихся проблем начало постепенно спадать.
— Так пойдём. На самом деле к нам нельзя мужчинам, только мастеру, но тебе разрешаем.
Проявив полную социальную несознательность, Нозоми-сан открыла ворота и поманила меня за собой. «Мастер» это их опекун, наверное? В любом случае я уже зашёл достаточно далеко, так что выслушаю их. Я не стал проверять отправителя, который хотел встретиться, и ответил так.
— Тогда войду.
Я осторожно последовал за девочками. Внутри оказалось ещё одно строение, двухэтажное и не такое помпезное, но мы направились к церкви.
— Воу… — выдохнул я, зайдя внутрь.
Здесь реально вместится до пятидесяти человек, чувствую как-то нехорошо себя. Но пыли нисколько не чувствовалось, всё было тщательно убрано и вымыто, лучи дневного солнца струились сквозь огромные витражные стёкла и наполняли зал тихим светом.
Как здесь хорошо. Так же красиво, как и снаружи, даже больше, это великолепие взывает к самому сердцу. Я с неясным ощущением подошёл к старинному на вид органу, установленному у святилища.
— Ну так, послушаешь нас, Кё? Дзюн, ты? Или Нозоми попробует?
— Х-хорошо. Я постараюсь. Я ведь попросила всех.
— Ахм. Дзюн-тан сможет.
Троица собралась, шагнула на площадку пару десятков сантиметров высотой и развернулась. Они одновременно взглянули на меня и выглядели едино и красиво, словно это сцена из какого-нибудь зарубежного фильма.
Но это самая настоящая реальность. Дзюн-сан глубоко вдохнула и начала рассказывать, почему позвала меня, незнакомца из интернета:
— Прости за сегодняшние странности. На самом деле мы послушали твою музыку, она нам очень понравилась, и мы решили узнать, где ты живёшь, Кё-сан. Потому что… мы хотим попросить тебя, Кё-сан.
— …
Я молча слушал. Дзюн-сан нервничала и с невероятно серьёзным лицом вела речь, не в состоянии успокоиться.
И так они высказали свою безумную, невообразимую цель:
— Мы хотим выступить. Мы втроём собрали группу и хотим позвать гостей, чтобы сыграть твои песни в этой церкви, Кё-сан.
